В ФАКК подводили
итоги года. С первой же минуты стало понятно глубинное
отличие между бывшим и нынешним министрами культуры.
Нынешний «властелин культуры» Александр
Сергеевич Соколов, безусловно, хороший музыкант, да и внешне выглядит куда
импозантнее Михаила Ефимовича, но вот мудрость «города надо брать обаянием»
не понимает категорически. К примеру, в уходящем году он умудрился настроить
против себя весь книжный рынок страны – и всего лишь тем, что демонстративно
проигнорировал главную тусу книжников –
Международную московскую книжную выставку-ярмарку. А вот пришел бы, сказал
пару слов о величии русской литературы, походил меж стендов, прикупил бы себе
пару томиков, сфотографировался с провинциальными издателями на фоне
продукции самого западного в стране издательства «Янтарный сказ» из
Калининграда - и все! Бери издателей тепленькими,
народу много не надо. В отличие от своего сменщика, Михаил Ефимович Швыдкой в таких делах – академик. Подведение
итогов года началось с того, что ворвавшийся в зал глава «Роскультуры»
обвел хитрым взглядом щелкающих диктофонами журналистов, и заговорщицки
предложил: «Так, давайте-ка для начала Новый год отметим. За мной!»
После чего бодро устремился в смежную с залом переговоров комнату.
Озадаченные журналисты, не привыкшие к предложениям начать брифинг с того,
чтобы накатить по маленькой, гуртом потянулись следом. Михаил Ефимович был само радушие и
гостеприимство. Самолично раздав всем шампанское и
позвав вместо Снегурочки застрявших где-то операторов, глава Федерального
агентства разразился прочувствованным тостом. Журналисты-«культурщики» получили поздравления, приняли личную
благодарность и узнали, что если бы не они – никто бы в стране и не
подозревал о культуре. Перемежая «С Новым годом!» и «Поздравляю!», Михаил
Ефимович, чокаясь, обошел весь строй переносчиков культурной информации, и
никого невниманием не обидел. После чего пригубил из своего бокала и,
финальным аккордом - объявил брифинг закрытым. Девочки помоложе, не
удивляясь уже ничему, начали рассовывать блокноты по сумкам. Но тут Михаил
Ефимович очень по-отечески рассмеялся, и продолжил командовать парадом: «Так,
конфеты и мандарины возьмем с собой, чтобы вы не скучали во время отчета,
шампанское тоже забирайте, да не стесняйтесь, что вы как чужие!» Навьючившись
коробками конфет и вазой с фруктами, он галопом устремился обратно в зал
переговоров, и, шустро рассовав добро по столам, занял свое место перед
микрофоном. Брифинг и впрямь можно было уже не проводить.
Журналистская братия смотрела влюблено. Нет, подведение итогов все-таки состоялось.
Работники СМИ честно прослушали и вспомнили то, о чем они писали весь год, и
даже шоколадными конфетами никто не чавкал. Ефимович напомнил о том, что
минувший год был годом 60-летия Победы, и юбилей отметили достойно,
«по-человечески». Вспомнили про Пасхальный фестиваль Гергиева,
про приведенный в порядок Музей на Поклонной горе, про открытие после
полуторалетней реконструкции Новосибирского театра оперы и балета, про
множество открытий помельче и понезаметнее. Добрым словом помянули вставшее с колен
российское кино, оживившуюся филармоническую и выставочную деятельность и
блиставшее на любимом конкурсе агентства «Душа России» самодеятельное
творчество. Порадовавшись, Михаил Ефимович перешел к
проблемам. Посетовал на несовершенство законодательства, по которому
учреждениям культуры, как и всем производителям услуг, теперь придется
проводить конкурсы, и условному Табакову,
позвавшему в МХТ условную Чусову,
придется теперь приглашать еще двух совсем уже условных режиссеров, чтобы
выборы были условно альтернативными. Долго цокал языком по поводу Большого
театра, в сотый раз разъясняя про грунтовые воды, и что дешево можно сделать
только плохо, поэтому «в 2006-м на ремонт и реставрацию Большого театра будет
выделено 4,6 млрд рублей,
а на Мариинский театр – несколько меньше, 3,5 млрд рублей. Но и эти цифры не окончательные».
Традиционно вспомнил разрушающиеся памятники культуры федерального значения,
которых 24 тысячи по всей стране, а ремонтировать получается всего лишь 5% от нужного, то есть не более 500 в год. Поэтому надо
разрешить их приватизировать и отменить «поправку Бооса» в 63 статье закона
«Об охране памятников». Потому что Георгий Валентинович за это время уже стал
калининградским губернатором и сам все понял, и вообще все бы давно уже
срослось, но московское лобби мешает. Денег на культуру, как обычно, дали мало – 51 млрд рублей, что с учетом
инфляции – даже на 2% меньше, чем в прошлом году. Но работать все равно будут, как работали и в
2000 году, когда на культуру давали всего 3 миллиарда. Здесь Михаил Ефимович
разоткровенничался настолько, что даже рассказал, на что будут просить лишних
денег в апреле, во время корректировки бюджета. Просить добавки будут на
театр в Горно-Алтайске, на проектные работы по строительству Музея кино,
и на экспансию нашего кино в Азию, благо следующий
год будет годом России в Китае. Журналисты смотрели ясно, кивали одобрительно и
вопросы задавали охотно. Расспросы о планах и мнениях главы «Роскультуры» изрядно затянулись, но Михаил Ефимович был
сама предупредительность и любезность. Он не высказывал нетерпения и даже
проигнорировал картинно появившегося в дверях главного киношника
страны Александра Голутву. Александр Алексеевич, жестикулируя, подавал
начальству таинственные знаки, но Михаил Ефимович лишь поинтересовался у приглашенных: «Еще вопросы?» Демонстрация уважения к средствам
массовой информации обошлась в два лишних вопроса, и лишь после этого глава
агентства со всей сердечностью откланялся, многократно извинившись. Польщенные и размякшие журналисты тоже начали
собираться, упаковывая в сумки диктофоны и подсовываемые работницами
агентства несъеденные мандарины. Всем было очень приятно. Писать, правда, было особо не о чем, – ну так
не за тем же собирали. |